Дневник стройки поморского коча. 9 — 13 ноября 2026 года

Часть сорок вторая: Антошиными молитвами

9 НОЯБРЯ, ПОНЕДЕЛЬНИК

Отопления всё ещё нет. На верфи одиннадцать с половиной градусов выше ноля, на улице и в ангаре с кочем — четыре градуса.

Рабочие из «Водоканала» обкопали верфь со всех сторон и, кажется, уже сроднились с нами. Верфяная кошка Муся возмущена неподобающими температурами и громко жалуется, чтобы мы как-то решили этот вопрос.

Макс приводит в божеский вид свой четвёртый шпангоут с кормы.

Максим доделывает последнюю вставку в последний бимс.

Егор с Артёмом разбирают и собирают шпангоуты.

Таня переносит контуры шпангоутов на внешнюю часть борта, чтобы ребятам удобнее было прошиваться вицей.

Дима изготовился сделать второй тимберс второго шпангоута с кормы.

Команду взбудоражил слух, что на верфь собирается вернуться блудный сын А. Неужели правда?

11 НОЯБРЯ, СРЕДА

Кажется, наступил день сурка. Парни перебрали девятый шпангоут и забили в него нагеля.

У Димы из позавчерашнего бревна вырезана уже половина тимберса.

Макс порезал палец, подстрагивая тимберс, и теперь показывает всем, насколько жертвенно он служит делу судостроения.

Ульяна продолжает проектировать общее расположение коча: где будут койки, где шкафчики, где кухня, где баня, где туалет, а где лестницы.

Обычно самое широкое место на яхте занимает кают-компания: там люди готовят, едят, тусуются, а потом расходятся по каютам. Но у нас всё наоборот — из-за низкой палубы. Варить гречку там не получится, а спать в два яруса — получится.

12 НОЯБРЯ, ЧЕТВЕРГ

Выпал снег. Вернулся из Москвы свежезаряженный Антон. С новыми силами он перфорирует таранную переборку под шитьё вицей. Получается не с первой попытки. Оно и ясно — каждая вица и каждый участок требуют нового решения. Как не бывает на свете двух идентичных снежинок, так не бывает и двух одинаковых отверстий под вицу.

Макс взялся доделывать третий шпангоут, начатый ещё Артёмом Бывальцевым.

Дима добил свой тимберс носового шпангоута.

Артём с Егором и Максимом разобрали восьмой шпангоут с кормы. Кроме тимберсов у него есть ещё два футокса, так что это аж семичастный шпангоут. Артём выводит на тимберсах какие-то магические смоляные лабиринты.

Кстати, кто там говорил, что запах смолы прекрасен? Это всё романтика. Лучше посмотрите на Егора в респираторе или на Максима со снудом, натянутым до глаз, или послушайте, как кашляет Таня, которой сегодня довелось переносить контур шпангоута как раз рядом с плиткой, на которой кипит и дымится смола. Это вам не у костерка посидеть. Это неполезно для лёгких, непросто для работы, но — очень спасительно для древесины.

А Егор вот заказал себе специальную маску на всё лицо с каким-то супер-мощным фильтром. И правильно сделал.

13 НОЯБРЯ, ПЯТНИЦА

Максим с Егором и Артёмом собирают восьмой шпангоут — тот, который усилен подкосами.

Ульяна вырезает выемки для стежков и ведёт с Максом разъяснительные беседы о битенгах, кофель-нагельной планке и тройных шкивах. А ещё — о коллективной ответственности за принимаемые решения.

Антон лежит под кочем, водит в воздухе шуруповёртом, делает руками какие-то пассы и что-то бормочет: то ли молитву, то ли заклинание — как в «Битве экстрасенсов». В темноте его не видно. Ему надо попасть с внешней стороны обшивки коча в абсолютно определенную часть флора внутри лодки. Удастся ли ему это, никто не знает. После сверления Антон поднимается наверх и смотрит, куда попал, и нужна ли поправка, и если да, то какая. Неудачные итерации закрывает чопиками Таня.
Помогай им Бог.

Продолжение следует.

Фото и текст: Катя Суворова

#КочМангазея #ПоморскийКоч

Строительство коча реализуется верфью Товарищества поморского судостроения совместно с Группой компаний «Мангазея» при поддержке Северного Арктического федерального университета и НПО «Северная археология – 1».

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Прокрутить вверх