Летом 2017 года в селе Лешуконское (Архангельская область) по инициативе членов клуба «Морские практики» был построен традиционный парусный карбас «Вашка» 7,5 метров длиной. Стройкой руководил мастер народного судостроения Виктор Петрович Кузнецов. Карбас построен всего за 17 дней, также быстро как это делали в старину. Сразу же после окончания стройки участники проекта прошли маршрут  850 километров на веслах и под парусами до Соловецких островов. Во время строительства и плавания на Соловки был снят фильм, рассказывающий о полученном опыте судостроения и приключениях путешествия через Белое море. Весной 2018 года проект «Поморский карбас» был награжден национальной премией Русского географического общества «Хрустальный компас».

 

 

Ограниченное по времени и ресурсам исследование непрофессионаловкоторые построили традиционное для Белого моря деревянное судно.

Стройка карбаса "Вашка"

Первая проблема, с которой сталкивается любой, кто хочет построить традиционное северное судно, — отсутствие проектных документов. Как в старину, так и сейчас, поморские суда строили и строят без чертежей. Это касается судов, которые не дожили до нашего времени и карбасов, которые повсеместно сохранились на Белом море, но стали моторными и гребными.

Нам был нужен именно парусный карбас. Старые фотографии давали некоторое представление о парусном карбасе, но для начала строительства этого было недостаточно. Проект мог остаться идеей, не найди мы в Архангельском краеведческом музее коллекцию вотивных моделей поморских судов XIX века. Вотивные модели изготавливались судовладельцами или их близкими и хранились в часовне или храме для удачи в море. Одна из найденных моделей — двухмачтовый парусный карбас — стал прообразом нашего судна. Отлично сработанный, он не вызывал сомнений в точности пропорций и конструкции.

Следующей задачей было найти мастера, который возьмётся за такую необычную работу. Нам снова повезло: за дело взялся Виктор Петрович Кузнецов — мастер-судостроитель из села Лешуконское. Как известно, карбасы шились быстро. Также быстро, как строились деревянные дома и храмы. В этом смысле деревянные суда — это морская составляющая деревянного зодчества Севера.

Строят карбасы из лёгкой в обработке ёлки. Конструкция простая, практичная. Раньше достаточно было обговорить с мастером основные измерения корпуса: длину, ширину и высоту борта. В нашем случае добавилась модель, потому что корпус карбаса отличался от привычной Виктору Петровичу формы шитых им лодок. Мы договорились, что во время стройки будем снимать фильм и вести журнал стройки. Итак…

14 июня, Архангельск

Сегодня на стройку из Архангельска выезжают морские практики: Алексей, Светлана Петровна, Ирина, Володя и Осип Чиркины, Артём Гарусев, Полина, Варвара и Евгений Шкаруба. С нами в Лешуконское выдвигается съёмочная группа: Дмитрий Амелин, Андрей Евтюхов и Андрей Ягубский (Чифан).

Что такое «пошить парусный карбас», не знает никто. Виктор Петрович Кузнецов построил много моторных и вёсельных карбасов, но никогда — парусных. Мы вообще никаких судов ещё не строили. Поэтому наш проект — эксперимент и приключение. Что получится в конце, и какой будет наша жизнь в течение ближайшего месяца, пока не известно.

06.00. Пришла машина. Погрузили сумки с тёплой одеждой, ещё раз — с тёплой одеждой и — с совсем тёплой одеждой. В Архангельской области только-только забрезжило лето.

07.00. Выехали из Архангельска. До Лешуконского 450 км. Надеемся прибыть на место не позже восьми вечера. Из-за позднего лета вода

в реках по-весеннему большая. Летние переправы ещё не наведены, нужно будет ждать парома.

09.30. Белозерье.

10.50. Пинега.

11.20. Переправа через Кулойский канал.

Здесь в прошлом году мы проходили Пинежский волок — старинный путь из Пинеги в Долгощелье. Чем дальше едем, тем в более раннюю весну возвращаемся. Листья совсем маленькие, открылись примерно на четверть. Скоро спрячутся.

Солнечно. Холодный ветер.

12.20. Переправа через реку Кимжу. Здесь

стоит очередь. Катер на другом берегу не заводится. Первая машина с нашей стороны стоит здесь уже два часа. Мы — девятые по счёту.

12.45. Стоило нам накрыть стол, катер завёлся, и переправа начала работать. Верная примета.

14.00. Примчались к первой переправе через реку Мезень. Перед нами больше десятка машин. Стоим. Когда будет следующий паром, неизвестно.

Переправы устроены просто — это старая баржа или плашкоут и прицепленный к нему ещё более раздолбанный катер. Суровое зрелище. Машины скапливаются в очередь и ждут, когда их позовут на погрузку. Перевозка бесплатная, за счёт районного бюджета. Когда закончится сезон «распуты», как здесь говорят, вода в реках упадёт, и плашкоуты, на которых сейчас нас переправляют, станут понтонными переправами.

16.52. Переправились через реку Мезень.

17.18. Переправились через реку Пёзу.

17.27. Между переправами мы не едем, а летим. Это гонка за место в очереди у переправы. Боязнь не успеть на последний паром передалась и нам пассажирам.

17.33. Снег на обочине.

19.00. Ещё одна переправа через реку Мезень, уже в село Лешуконское. Последняя сегодня. Теперь нам остаётся дождаться лодки, которая отвезёт нас в Нисогору, деревню в 20 километрах от Лешуконского, где мы будем жить…

Моя маленькая дочка Варя, когда поняла, что нужно после дня тряски в машине ещё ехать на лодке, не выдержала и расплакалась.

23.30. Приехали на место. Всех перевезли. Вещи подняты и свалены посреди дома. Стол накрыт. Русская печь растоплена. Выпьем — и спать.

15 июня, первый день стройки

06.50. Солнце — в дверях и на створном знаке рядом с нашим домом.

07.30. Население дома под Нисогорой спит. Мне кажется, наша комната напоминает жилище медведей: семь кроватей — семь медведей.

Зажёг огонь в печи. Понемногу проснулись морские практики.

12.30. Переправились из Нисогоры в Лешуконское.

14.30. Приехали к Виктору Петровичу. Сегодня переправы занимают много времени. Логистика ещё не отработана. Осмотрели площадку стройки. Киль с форштевнями и первый набой готовы. Виктор Петрович собирает накладной киль. Этот элемент уже не используют в современных карбасах. Это накладной фальшкиль, иначе сказать — плавник, предназначенный для увеличения боковой площади судна, чтобы иметь возможность идти на ветер. О таких накладных килях на карбасах я не знал, пока не увидел модель в музее. И хотя эта съёмная штука сильно усложняет нам жизнь, решили делать, как на модели.

15.10. Приехал Артём Гарусев, ещё один участник проекта. Артём работает в IT-технологиях. Говорит, что людям, которые работают «с цифрой», хочется отдыхать, видя воочию и реально ощущая результаты своего труда. Отлично. Артём когда-то жил в Англии и бывал на верфях. К нам Артём приехал, чтобы узнать, как подгоняют шов на традиционных деревянных судах. Ну вот… А я привёз Виктору Петровичу десять штук силиконового герметика. Уксусного, на котором не растёт грибок. Что поделаешь, поморы — практичные люди. Вместо топора у них теперь бензопила, вместо пакли — герметик.

18.30. Едем в дом у Нисогоры. Домашние наши, наверное, уже нагулялись, наварили в печке супа и ждут, поджидают.

16 июня, второй день стройки

07.20. Подъём. Каша, которую вчера убрали в русскую печь, так и не поспела. Поздно поставили. Или печку не протопили, и так в доме тепло. Пришлось доваривать кашу на электроплитке.

09.20. Выезжаем из Нисогоры. Хозяева гостевого дома отдали нам в пользование «зырянку». Это ещё один тип поморского судна, сохранившийся до нашего времени — похожая на длинную плоскую пирогу дощатая лодка для рек и озёр.

10.30. На стройке. Виктор Петрович собрал киль (донницу) и фальшкиль вместе. Начинает устанавливать первый шпунтовый пояс набоев.

Лес для карбаса был заготовлен заранее, весной. Кроме досок заготавливают кокоры, — части ствола с корнем, которые используют для изготовления изогнутых элементов корпуса: штевня и киля, шпангоутов, брештуков, книц.

Киль без обшивки и шпангоутов выглядит, прямо скажем, дистрофическим. Смотрим с Алексеем Чиркиным и удивляемся.

Нижний набой — самый сложный. Кромку доски нужно подогнать к пазу на киле так, чтобы не было течи. Дальше доски начнут ложиться кромка на кромку, их подогнать будет проще.

Алексей делает обмеры карбаса. Посовещались о глубине фальшкиля. К моему удивлению, Алексею не показалось, что фальшкиль большой. Вова и Ося рубят латунные шайбы. Артём помогает Виктору Петровичу.

11.00. Поставили первый набой. Доска вошла в паз на киле. Её пришлось скручивать от середины к концам деревянными струбцинами — клещами. Центральная часть доски удерживается горизонтально, опираясь на два направляющих бруска, которые называют «кобылки». Их крепят к килю в средней части. Концы доски скручивают и подводят к штевням почти вертикально. Вместо уплотнителя (раньше это был мох) используют санитарный герметик. Артём пыхтит, взывает к аутентичности исполнения, а сам вчера на самолёте из Архангельска прилетел.

11.40. Продолжаем устанавливать первый набой. Интересно, что сейчас у нас, кроме продольных связей (киля и штевней), ничего нет. Шпангоуты (поперечные связи) появятся после, когда обшивка будет уже сшита. Мы их вставим изнутри. Обычно, при клинкерном шитье, используют временные шаблоны, которые потом заменяют шпангоутами. Виктор Петрович шьёт местным способом «рассольским шитьём» (в честь мастера Рассолова). Форму бортов на уровне первых 3–4 набоев задают кабылки, а дальше мастер ведёт линию борта на глазок. Такой способ быстрее, но требует хорошего глазомера и мастерства.

14.40. Виктор Петрович пригласил местного батюшку. Батюшка освятил начало стройки и нас заодно. Рассказал, как Виктор Петрович шьёт карбасы для других. Сначала шьёт для себя, потом едет на рыбалку по Мезени. После рыбалки, на обратном пути, местные мужики его поджидают, уговаривая заночевать, угощают, и к утру он соглашается карбас им продать.

16.30. Пошёл второй набой.

Набои крепят заклёпками. Сшивают, как здесь говорят. Раньше мастера использовали для соединения досок корень можжевельника или тонкие ветви сосны — сшивал. Торцы досок крепятся к штевням. Особая забота мастера — правильно вывести скулы бортов, от которых зависит развалистость, а значит мореходность будущего карбаса. Также нужно, чтобы оба борта были одинаковыми по форме, чтобы карбас не получился однобоким.

17 июня, третий день стройки

06.30. Солнце так настойчиво светит, что спать невозможно. Приходится вставать. Утро у нас теперь начинается так: встаём, едим кашу, идём к лодке. Вешаем мотор, садимся и едем против течения Мезени около сорока минут. Приезжаем на окраину Лешуконского. Пересаживаемся на машину и добираемся до стройки.

10.40. Виктор Петрович налаживает третий набой. Спешит. Прежде чем пришить, доску подгоняют по месту. Концы досок делают немного уже и снимают фаску (малкуют), чтобы доски к штевням подходили не внахлёст (клинкерная обшивка, ещё есть термин кромка на кромку), а вгладь. Интересен процесс подгонки двух соединяемых досок. Места соединения стёсывают топором, а потом накладывают доски друг на друга, так как они должны быть установлены, просовывают между досками полотно ручной пилы и пропиливают шов! Просто и гениально.

Виктор Петрович устанавливает доску, ну а мы её пришиваем. На один борт приходится порядка семидесяти заклёпок.

Полнота обводов регулируется длиной доски: чем длиннее доска, тем сильнее она изгибается. Для того чтобы высота борта у штевней и в районе мидель-шпангоута была одинаковой, доски с концов делают уже.

Места соединения промазывают герметиком. В интернете слышим много недовольных голосов по этому поводу. Раньше в качестве уплотнителя использовали смолу и хлопчатобумажную нить. Теперь — обычный силиконовый герметик. Можно и сикафлексом, но это дорого. Срок жизни карбаса 12–15 лет. Поэтому он должен быть дешёвым и простым в изготовлении.

13.30. Закончили третий набой.

17.40. Закончили четвёртый набой.

18.00. Едем домой, под Нисогору.

Есть у нас на сегодня ещё одно дело — отжечь медные гвозди. Дело непростое. Нужно развести костёр. Поэтому решили устроить пикник на горе рядом с домом.

18 июня, четвёртый день стройки

После вчерашнего пикника проснулись с трудом. Позавтракали. Пока загружали зырянку, мальчишки сбегали ко вчерашнему костру и собрали отожжённые гвозди. Гвозди оказались латунными — такими же твёрдыми, как в начале. Зачем нам продали их как медные — не понимаю. Латунь твёрже, тяжело клепается, рвёт дерево.

09.50. Едем по Мезени на зырянке. Мимо проплывают острова — осерёдки. Третий день наблюдаем, как деревья покрываются листвой. Ещё три дня назад они стояли совершенно голые. И наш карбас одевается в обшивку.

10.40. Прибыли на стройку. Виктор Петрович уже подогнал пятый набой, начинаем сшивать его с предыдущим. На одну доску приходится около 80 заклёпок. Значит, в набое — 160 заклёпок. Десять набоев — больше полутора тысяч заклёпок. Работать нужно вдвоём. Один прижимает тяжёлым молотком шляпку гвоздя снаружи борта, другой в это время расклёпывает гвоздь с внутренней стороны борта. Работа непростая и кропотливая.

Алексей вырубает латунные шайбы, которые мы надеваем на кончик гвоздя прежде, чем его расклепать. Вырубная машинка — простейший механизм. Сначала с работой справлялись мальчишки, но потом режущие кромки пробойников затупились и латунный лист стало постоянно закусывать. Поэтому сейчас вырубать шайбы — самая сложная работа.

Тем временем лодка так быстро становится лодкой, что кажется, можно уже сесть в неё и уплыть.

Доски к концам сужаются, чтобы борт был ровный. Виктор Петрович прикладывает доску по месту. Прочёркивает линию нижней доски. Дальше отпиливает лишнее дерево. Ведёт пилу «на глазок» вдоль нарисованной линии, примерно, в 35 мм.

11.30. Начали шестой набой. Виктор Петрович ходит с лейкой и поливает концы новых досок, чтобы было легче их скручивать. Пролитые доски закрывает мокрой тканью и прикрывает сверху горбылём.

Публика фейсбука негодует из-за нашего дешёвого силикона. Виктор Петрович, слушая комментарии, зачитываемые из интернета, философски заключил: «Так — не так, а перетакивать не будем».

18.40. Закончили работать. Карбас растёт, а у нас накапливается усталость.

19 июня, пятый день стройки

10.40. Закончился силикон. Поехали покупать. Три верхних набоя Виктор Петрович собирается положить «на сухую». Мол, там воды уже нет. Заказал нам два баллончика. Думаю, купить шесть, чтобы промазать одним набоем больше, а то, как ляжем на борт, так и промокнем.

16.35. Седьмой набой. Виктор Петрович ходит вокруг карбаса с рулеткой и фотографией музейной модели. Щурит глаз — сравнивает форму.

17.50. Дождь — гроза.
20.00. Закончили прибивать восьмой набой.

20 июня, шестой день стройки

11.00. Приехали на стройку. Виктор Петрович прибивает правую доску девятого набоя. Левая доска уже на месте. Мы начинаем её пришивать.

Доски заготовлены зимой. Девятиметровые, из ёлки, теперь такие мало где пилят. Когда в Лешуконском покупали новую пилораму, Виктор Петрович вошёл в долю, доплатил за лишнюю секцию стола, чтобы можно было пилить длинные доски.

14.20. Закончили девятый набой.

19.30. Закончили пришивать десятый набой, а с ним и обшивку карбаса.

Сегодня поставлены 1493 заклёпки. Счастливы. Едем домой.

21 июня, седьмой день стройки

10.00. Приехали на стройку. Виктор Петрович уже покидал кокоры внутрь карбаса. Это наш следующий большой фронт работ. Из этих кокор делают шпангоуты или, как здесь говорят, — опруги. Таких опруг у нас будет восемь штук.

11.25. Виктор Петрович обвязал корпус двумя верёвками, под верёвки снаружи бортов подложил доски. Потом с помощью скруток стянул борта. Таким образом, корпус постройнел на 15 сантиметров. Теперь он — 2225 мм по миделю. Можно было стянуть корпус ещё, но тогда бы «полезли скулы», как говорит Виктор Петрович.

20.00. Весь день шкурили корпус снаружи. Увлеклись и устали. В конце дня стало понятно, что это было никому ненужное геройство. Лодка строится в формате топорной работы.

22 июня, восьмой день стройки

Вчера зацвела черёмуха. Похолодало и пошли дожди.

12.00. Приехали на стройку. Только начали работать, как Виктор Петрович предложил купить рыбы у местных рыбаков, вернувшихся с рыбалки. Поехали, купили ведро щук. Меня раздражают отрывы от производства.

18.25. Весь день с переменным успехом занимаюсь мачтами. Виктор Петрович заранее заготовил стволы молодых ёлок. Теперь они пошли в дело. Ошкурили их от коры, стругаем рубанком, делаем тонкие флагштоки и клотики.

Алексей из случайного железа мастерит вертлюжные соединения гика и мачты.

Вчера вечером к нам присоединился участник будущего перехода — морской практик Владимир Манилов, понемногу входит в курс дела, уже берётся за кисточку и рубанок.

Виктор Петрович возится с опругами. Все при деле, но дела наши замедлились. День пролетает в хлопотах. Карбас, так быстро выросший снаружи, теперь набирает силы для роста внутри себя.

Зато поездки домой по реке на зырянке постепенно оформляются в культурно-медитативный элемент проекта. Плыть на работу от Нисогоры до Лешуконского ровно 53 минуты. Эти 53 минуты мы едем молча, против течения, ещё погружённые в ночные сны. Безучастно следим за проплывающими берегами. А вот обратно мы едем 33 минуты, по течению, весело. Между двух центральных банок накрывается стол, на котором режут припасённый хлеб, огурцы и сало, разливают напитки. За столом сидят четыре взрослых строителя. Они готовят бутерброды и передают их на соседние банки. Рулевому, который сидит далеко на корме, стакан передают на длинной палочке. Огурец и сало кладут сюда же. Стараемся не вставать лишний раз узкой зырянке — это опасно.

23 июня, девятый день стройки

11.00. На стройке. Виктор Петрович подогнал все опруги. Будет сегодня их устанавливать.

Длина нашего карбаса по килю — шесть с половиной метров. Ровно столько, чтобы помещаться между соседними гребнями короткой беломорской волны. Соотношение длины, ширины и высоты корпуса Виктор Петрович носит у себя в голове, на стенке ничего не пишет и на земле палкой не рисует. Мы смотрим, как он лепит корабль, без чертежей, согласно своему представлению и навыкам.

К нам приехали паруса. Размер мы брали с модели. Теперь нам кажется, что паруса маленькие.

Съёмочная группа, видя нашу усталость, откладывает камеры в сторону и работает вместе с нами.

21.00. Уезжаем домой в Нисогору.

24 июня, десятый день стройки

Виктор Петрович устанавливает опруги. Крепит их к корпусу медными шпильками. Эти шпильки делаем сами, из 6-миллиметрового медного прутка. Расклёпываем заготовку в тисках. Это моя работа. Потом из медного таза вырезаем шайбы, сверлим их, надеваем на шпильки и вколачиваем в корпус и шпангоут. Для шайб внутри корпуса используем жёлтую мелочь: нашли в консервной банке рубли перестроечных времён, также годятся нынешние 5-копеечные монеты. Но лучше всего для шайб подходят одноцентовые монетки из зоны евро. Что скажут археологи через сто лет?

Алексей возится с рангоутом. Вчера сделал усы на гики, сегодня — утки и крючки. Аккуратно обтачивает на машинке обрезки кокор. Говорит, как сделает, так можно топором покоцать сверху для аутентичности.

Решили купить самовар в плавание. Ося написал десять объявлений и развесил у магазинов. Не успел он вернуться, как мне уже начали звонить продавцы самоваров. А через 15 минут нам уже привезли вполне приличный самовар с трубой за три с половиной тысячи рублей. Красота. Цыган Рома, продав нам самовар, предложил золотой николаевский рубль. Наверное, уже слышал, что мы собираем монеты для карбаса. Отказались от покупки. Хотя было искушение поставить золотую шайбу где-нибудь в набор.

После обеда продолжали ставить и обтягивать шпильки в шпангоуты. Всего их около 200 штук. На шпильки нужно надевать шайбу и гайку. Гайку обтягивают осторожно, чтобы не сорвать резьбу. При этом подбивать шпильку снаружи. После того, как гайку обтянули, нужно срезать лишнюю часть шпильки и расклёпывать остаток.

Наконец, к шести вечера закончили это дело. Корпус стал заметно крепче. Если раньше я брался за верхнюю доску борта и легко раскачивал борт, то теперь оба борта и весь карбас ходят ходуном.

25 июня, одиннадцатый день стройки

Взялись за покраску. Пять верхних набоев у нас покрашены золотистой охрой, пять нижних тёмно-зелёным кобальтом. Привыкаем к новому образу.

Виктор Петрович установил брештук.

26 июня, двенадцатый день стройки

Погода продолжает портиться. Холодно и дождливо. Карбас растёт, а у меня всё меньше времени остаётся на записи.

Виктор Петрович поставил дополнительную усиленную кокору — переборку в носу карбаса. Вставил кормовой и носовой брештуки.

Начали делать шарниры рулевого устройства — два часа потратили на поиски металла. Увязаем в простейших проблемах стройки. Найти кусок железа, похожий на полосу, здесь невозможно.

Володя Манилов стругает привальный брус. Артём конопатит доски в районе штевней. Красим корпус на второй слой.

Виктор Петрович говорит, что пока нас нет на стройке, он работает и многое успевает, но как только мы приезжаем, работы нормальной у него нет. Всю жизнь работал один, а тут на него такая компания свалилась. Я тоже не умею руководить стройкой. Выручает общий позитивный настрой и желание участников проекта работать.

Виктор Петрович начал делать слани. Спешит. Грубо делает. Машет своим топором как саблей, направо и налево, будто отбивается от врагов.

18.30. Красим карбас внутри.

27 июня, тринадцатый день стройки

Утро. Без толку шатаемся по стройке. Виктор Петрович продолжает делать слани.

12.00. Уехали Андрей Евтюхов и Андрей Ягубский. Мы осиротели. Где-то остались наши первые беззаботные дни стройки, наполненные солнцем и смыслом прибивания набоев. Хмуро и холодно теперь на нашей верфи.

Только Алексей занят: делает навесные шарниры для рулевого устройства. Хорошо делает. Эти штуки, если сломаются, то последние.

Мне подфартило — довелось поработать кузнецом: нужно было сковать ухо на рыме.

28 июня, четырнадцатый день стройки

Делаем мачты, гики, шпринты.

Виктор Петрович совсем устал. Болеет. Ангина. Не может говорить, но как-то держится.

Поставили внешний привальный брус (порубень).

29 июня, пятнадцатый день стройки

14.00. Уехал Артём Локалов, корреспондент Российской Газеты. Это ещё одна потеря на стройке и среди жителей Нисогоры. С другой стороны, компания пополнилась Леонидом Гройсманом и Игорем Разуваевым.

Докупаем краску. Группа поддержки в Архангельске пересылает нам банку за банкой.

15.50. Позвонили с трассы и сообщили, что машина, которая буксировала «Морошку» (судно сопровождения будущего плавания) из Архангельска в Мезень, перевернулась. Никто не пострадал. Ждём новостей. В машине были Александр Мелешко и Алексей Лузянин, экипаж «Морошки», и ещё один оператор фильма — Павел Вабищевич.

Авария произошла в районе посёлка Совполе, в 70 км до мезенской переправы.

Ждём новостей. Делаем руль. Штевни.

Вечером приехал Алексей. Рассказал, что их машина «УАЗ-452» перевернулась и сильно помята. Прицеп с «Морошкой» лёг на бок и не пострадал. Их уже подняли.

Ночью организовали буксировку прицепа с «Морошкой» в Кимжу. Уазик Саши Мелешко своим ходом смог доехать до Пинеги и встал на ремонт.

30 июня, шестнадцатый день стройки

Утро. Погода налаживается. Стало меньше дождей. Разбираем навес.

12.00. Сняли фальшкиль. Снова поставим его на место, когда пройдём Мезень и выйдем в море.

Красим. Вешаем руль.

12.30. Ставим фок-мачту.

17.20. Ставим грот-мачту.

18.20. Решили отложить спуск карбаса ещё на день. Красим рангоут.

1 июля, семнадцатый день стройки

01.40. Вернулись в Нисогору с покраски карбаса. Завтра спуск на воду, поэтому вчера, или правильнее сказать сегодня, пришлось задержаться, чтобы покрасить всё, что можно.

Утром не спешили на стройку, пусть краска сохнет, а мы должны отдохнуть. Морские практики выложились до предела.

Задержались в Нисогоре до обеда и погуляли по деревне.

15.00. Приехали на стройку. Виктор Петрович делает вёсла. Шкурим их, мастерим румпель. Наша верфь работает на все 100 процентов мощностей!

Приехали Андрей Тарбаев, Алексей Лузянин и Александр Мелешко.

Вчера вечером на стройке появились Даша Морозова и оператор Павел Вабищевич.

2 июля, спуск карбаса «вашка» на воду

Лешуконское празднует День села. Неожиданно на стройку приехали местный батюшка Владимир и владыка Иаков, епископ Нарьян-Марский и Мезенский. Договорились вместе спускать и освящать сегодня карбас.

Журналист Дарья из «Вестей Поморья» помогла найти трактор и телегу для спуска карбаса на воду.

14.00. Приехал трактор. Начали грузить карбас.

16.20. Закончили грузить карбас и собирать вещи. Поехали к реке.

17.00. Спустились в воду.

Владыка Иаков освятил наш карбас под именем«Вашка». Вашка — это речка, которая впадает в реку Мезень напротив верфи Виктора Петровича.

Вернулись к дому Виктора Петровича. Выпили бутылку водки, попрощались с нашим строителем и отправились в первый переход в Нисогору. Там, конечно, выпили основательней. Говорят, пока мы ехали в Нисогору, я сиял от счастья.

Судовой журнал карбаса «Вашка»

3 июля

Начинаем плавание нового карбаса вниз по реке. На борту «Вашки» экипаж: Владимир Манилов, Игорь Разуваев, Леонид Гройсман, Артём Москвин, Алексей Лузянин, Александр Мелешко, Даша Морозова и Евгений Шкаруба.

За два дня нам предстоит пройти вниз по течению Мезени больше ста километров. Осадка нашего карбаса без фальшкиля всего сорок сантиметров, но в обычный год в это время нам пришлось бы везти карбас по дороге. Река Мезень в это время уже сильно мелеет. Мы так и планировали. Но позднее лето на Севере задержало таяние снегов. Мезень сейчас по-весеннему полноводна. Точнее, полноводна она была две недели назад, когда мы начали строить карбас. Листья распускались, вода падала, мы строили карбас и гадали, успеем или нет спуститься по реке?

11.23. Вышли из Нисогоры.

Карбас, ужас, как перегружен. Мало того, что у нас очень много вещей, полтора экипажа (Алексей, Александр и Даша пойдут на «Морошке» после Кимжи), так у нас ещё и фальшкиль лежит вдоль всего корпуса. Но в тесноте, да не в обиде, как говорят.

Грести в команде получается не сразу, но не так это и сложно. Учим под руководством Игоря команды: «Разобрать вёсла!», «Вёсла на воду!», «Табань!», «Навались!», «Суши вёсла!», «Вёсла на борт!»

11.47. Прошли отметку 145 км. Ходко идём. Вместе с течением наша скорость — около 9 км.

Мимо проплыла Малая Нисогора. Встречный ветер, солнечно, жарко. Жду, когда начнутся мели, не отхожу от руля, завидую гребцам.

12.23. Отметка — 140 км. Ни облачка на небе, только ветерок холодит.

12.30. Река разделяется на рукава и снова соединяется. Больших проблем с выбором правильного рукава у нас пока нет.

12.43. Зашли в деревню Заручьи.

14.03. Идём дальше.

14.45, отметка 135 км. Наблюдаем, как быстро от гребли снашиваются кочета. Кочета — это такие вертикальные бруски, на которые насажены вёсла. Пробуем смазать их подсолнечным маслом, надеваем на кочета пластиковые бутылки, одним словом — фантазируем.

15.23. Отметка 135 км.

15.44. Случайно заскочили на отмель.

15.57. Прошли деревню Юрома.

16.09. Отметка — 125 км. Отлично гребётся. Вахта гребца час — через час

17.23. Отметка — 115 км. Деревня Усть-Нерманка.

17.40. Деревня Кислома. Не думал, что Мезень — настолько плотно заселена. Деревни на берегу идут одна за другой. Не то, что в родной Сибири. Солнце палит нещадно.

17.55. 110 км.

18.05. Палуга.

18.25. Отметка — 105 км.

Население реки ловит рыбу. Всё время встречаем лодки и рыбаков, забрасывающих плавучие сетки (поплавни) в воду.

19.05. Отметка — 100 км. Проплыли нашу сегодняшнюю норму — 50 км.

Пришли в деревню Азаполье и встали на ночёвку чуть ниже по течению.

4 июля

На реке сегодня попутный ветерок.

09.29. Поставили паруса и поехали. Карбас оказался легчайшим на ходу под парусом. Скорость — 12 км.

10.07. Деревня Мелогора. Жители машут нам вслед руками.

10.43. Деревня Чирсова.

10.54. 90 километров. Читаем замечательную книжку «Приключение четырёх русских матросов, к острову Шпицберген унесённых».

11.28. Отметка 80 км. Дует способный ветер.

11.40. Прошли мимо Погорельца. Изначально собирались туда зайти. В Погорельце живёт сестра Виктора Петровича, но мы выбрали неверный рукав Мезени и прошли мимо.

12.40. Отметка — 75 км. Время от времени ветер скисает, и мы берём в руки вёсла.

13.13. Козьмогородское. Причалили к высокому угору. Гуляли по деревне. Обедали.

16.00. Вышли из Козьмогородского. По заявкам гребцов Даша продолжает читать книжку вслух.

16.29. Отметка — 60 км. 17.13. Деревня Жердь.

17.35. Прошли Мезенскую переправу. С берега Дима Амелин и Паша Вабищевич снимают кино. Не стали причаливать к ним, понадеялись на телефон, но просчитались. Связи нет. Надеюсь, Дима понял, что мы идём в Кимжу, где стоит на берегу «Морошка».

18.00. Ищем протоку для входа в реку Кимжа. Это оказалась сложным занятием. Большой остров Голова на пути. Пробовал пройти вдоль него пешком. Видели следы небольшого медведя на песке.

21.30. Пришли в Кимжу. Последние пять километров гребли вверх против течения.

Нашли Диму и Пашу рядом с «Морошкой». Вся команда уже в сборе, это хорошо.

5 июля

Утро ушло на поиск машины с подходящим шаровидным фаркопом. Выручили местные жители — Иван Евгеньевич Мишуков, Евдокия Гавриловна Репицкая, Павел Гаврилович Крупцов.

Прицеп для проекта «Поморский карбас» изготовили наши друзья из компании «Курганские прицепы». Помню, как два года назад в Турции Александр Тупицын рассказывал о том, как они разрабатывали первую раму для своих прицепов. Теперь компания делает самые прочные в России прицепы. Наш, гружёный «Морошкой», пережил переворот и практически не пострадал.

Когда мы советовались с главным конструктором предприятия, я назвал ему вес «Морошки» — 1500 кг. Потом выяснилось, что «Морошка» пустая, без мотора и балласта, весит 2000 кг. Значит, во время движения и в момент переворота на прицепе было около 2500 кг. Много. Буханка сложилась всмятку, а прицеп подняли, и он поехал дальше.

11.10. Скинули «Морошку» в Кимжу.

15.40. Вышли на двух судах.

16.40. Виктор Петрович встретил нас в устье Кимжи на «казанке» и проводил в село Дорогорское к старому деревянному дому своего отца на берегу реки. Сейчас здесь живёт его сестра Евдокия Петровна. Ночуем сегодня у них.

Но сначала навешиваем на карбас фальшкиль. Дальше пойдёт глубокая река. Будем испытывать карбас с добавленным фальшкилем. Ни я, ни Виктор Петрович таких карбасов не встречали. Только модель карбаса из Архангельского краеведческого музея.

Вытащили вещи из «Вашки» и легко втроём положили карбас на борт. Установили фальшкиль. Осадка карбаса увеличилась на 20 см.

Теперь уха и застолье в доме мастера.

6 июля, выход в море

Ночевали в отцовском доме Виктора Петровича. Практики разбрелись на ночлег по бесчисленным комнатам, рабочим помещениям, на чердаке и в бане — потом сложно было собрать всех вместе. Провёл инструктаж о том, как будем идти в море на двух судах, о том, что значит для безопасности порядок на лодке. Только сейчас до меня доходит, как сложно будет командовать двумя судами сразу.

Ждём Максима Тяна. Он приедет в обед. До этого времени нужно успеть разобрать и уложить вещи в лодках. Багажа у нас очень много. Решили распределить свинцовый балласт с «Морошки» на оба судна.

14.00. Приехал Максим.

Экипаж карбаса «Вашка»: Артём Москвин, Максим Тян, Игорь Разуваев, Леонид Гройсман, Владимир Манилов, Евгений Шкаруба.

Экипаж судна сопровождения «Морошка»: Александр Мелешко, Дмитрий Амелин, Павел Вабищевич, Даша Морозова, Алексей Лузянин.

15.30. Вышли из Дорогорского. Виктор Петрович помахал нам на прощание рукой со своего берега.

Короткие дожди. Тепло. Идём вниз по течению. Долго открывали паруса. Плохо работает связь между судами.

16.20. Прошли Заозёрье.
16.30. Взяты на буксир «Морошкой».
16.54. Отметка — 30 км.
17.42. Отметка — 20 км.
19.00. Перед заходом в Каменку сели на мель.

Осадка карбаса с навешеным фальшкилем намного увеличилась. Пришлось надевать бродни и лезть в воду.

19.20. Встали к берегу посёлка Каменка.

Вода быстро уходит. Чтобы карбас не завалился на борт, подставляем боковые стойки — ноги. Дождит. Готовим ужин. Я пытаюсь хоть немного поспать перед выходом в море. Вода начинает прибывать. Отход назначен на полночь. Примерно, за полтора часа до полной воды.

Спешим выйти в море, потому что днём начнётся северный ветер и здесь, у наветренного Абрамовского берега, будет очень непросто найти укрытие. Укрыться можно только у подветренного берега острова Моржовец, но успеем ли мы до него дойти? С другой стороны, отсиживаться нам некогда — надо делать маршрут. Подходят практики и говорят, что Интернет обещал три дня жары и южного ветра. Где они это нашли? Понятно, что ребятам хочется отдохнуть.

7 июля

00.12. Вышли из Каменки. Штиль, скоро начнётся отлив.

02.00. Сильное отливное течение добавляет нам скорости. Дует встречный ветер, «Морошка» буксирует карбас.

02.28. Красный буй по правому борту. Интересно, у меня на карте его нет. Я бы пошёл вдоль левого берега залива, а Алексей на «Морошке», выходит, выбрал правильный правый берег. Отлично.

02.45. Прошли мыс Толстик. Выходим в Мезенскую губу.

03.00. Отдали буксир. Сели на вёсла, чтобы размяться и согреться.

04.20. Закончили грести. С севера надвигается туман. Южного ветра так и не было. А как обещали его доверчивым морякам! Сегодня с трёх дня начнётся северный ветер, и притом сильный. Мы спешим. Нам надо использовать сегодня погодное окно с переменным ветром, чтобы пройти хоть часть маршрута. Рискуем, потому что от севера укрыться можно только в Койде или под Моржовцом. В Койду можно зайти в полную воду. Мели от устья реки распространяются в море на десять и больше километров, потому что мощные течения постоянно двигают эти банки и кошки. Значит, без гарантии обсохнуть на начинающейся волне нам в Койду не зайти. Полная вода в Койде будет в

12.30. Если подует обещанный умеренный северо-восток, мы поставим паруса и успеем дойти. Если нет, то нужно или идти на моторе, или… На вёслах нам не успеть. Можно укрыться в Долгощелье, но туда такой долгий заход! Не по- падая в Койду, мы можем спрятаться под ветром у Моржовца. Если дойдём туда.

Оставляю решение о том, куда идти, на момент прохода траверза Абрамовского маяка.

08.53. Прошли Нерпичье. Начался прилив. Думаем, куда нам идти. До этого мы бодро шли с отливным течением из Мезенской губы. Теперь течение сменилось на встречное — приливное.

10.05. Пробовали ставить парус. Ветер немного зашёл к северо-востоку, но недостаточно, чтобы тянуть нас вперёд. Солнечно. Полосы густого тумана. Мне становится всё неуютнее, глядя на этот надвигающийся туман с севера. С парусами сложно работать. Шпринтовое вооружение. Пока его поставишь, пока спустишь. Хотя судить рано. Мы ещё не приработались.

11.30. «Морошка» ведёт нас на буксире. Напротив Абрамовского маяка поставили паруса. Пытаемся парусами помогать «Морошке».

12.30. Время полной воды в Койде. Нам туда идти ещё 15 миль. Движемся медленно. Течение сменилось на попутное. Северный ветер задирает волну и тормозит нас. Паруса работают, курс — полный бейдевинд. «Морошка» не успевает быть у нас всегда впереди. Мы разгоняемся, обгоняем её, дёргаем и разворачиваем с курса.

13.30. Перешёл на «Морошку». На карбасе убрали паруса. Поднимается волна. До входа — ещё 10 миль. Ругаю себя за то, что пытались грести, идти под парусами, снимать кино и потеряли драгоценное время, вместо того, чтобы идти на моторе изо всех сил. Не важно, что неспортивно, только сейчас понимаю слова, которые нам говорили: «Без мотора пойдёте? Хм… Моторчик небольшой вам не помешал бы».

14.10. Ветер. Начинаем заходить в залив Койды. Я почти уверен, что нам не хватит высокой воды, чтобы зайти в реку. У меня есть старые треки в планшете, которые я записал в прошлом году, но шансов, что речка не поменяла фарватер, нет. Думаю, мы пройдём две трети глубины залива и встанем. Уткнёмся в песчаную банку. Нас начнёт захлёстывать волна, но недолго, вода быстро уйдёт. Нужно будет выпрыгнуть в воду тем, у кого есть бродни, и удержать лодку от того, чтобы нас развернуло лагом к волне. Проблема ещё в том, что течение и ветер сейчас друг против друга. Нужно продержаться с полчаса, пока мы не обсохнем. Потом переведём дух, вода уйдёт из устья, и мы увидим фарватер. Надо будет повернуть лодки носом на ветер и готовиться к приливу. Поворачиваю голову и вижу карбас на буксире.

Только теперь понимаю глупость присутствия на нём высокого фальшкиля. При осушке карбас ляжет на борт и он начнёт брать воду. Если его подпереть стойками, то они на волне выломают верхние набои. В таком случае нам его не спасти.

Две лодки — это проблема теперь. Одиннадцать человек и очень много вещей посреди холодного залива. Дурно становится от мысли, что решение заходить сейчас сюда в отлив и начинающийся шторм с севера — ошибка. Может, надо поворачивать в море нос, навстречу волне и понемногу пытаться идти к Моржовцу? До него миль 30. Две лодки и один мотор. Если он откажет, паруса нам вряд ли помогут, нас выбросит на кошки Абрамовского берега. Или возвращаться в залив Кулой?

Пытаюсь рассказать жителям «Морошки» о проблемах мелкого берега и надвигающего шторма. Даю инструкции, как себя вести. Хотя понимаю, что это бессмысленно. Только напряжёт их сейчас, и почти не поможет уже через 10 минут, когда волна на отмели встанет на дыбы, и мы коснёмся корпусом песка.

Глубина под килем начала быстро убывать. Идём по прошлогоднему треку. Волна невысокая, меньше метра, короткая. Напоминаю себе кролика, который идёт в пасть к удаву.

15.20. Почти зашли в Койду. Уровня воды хватило ровно настолько, чтобы подойти к само- му входу в устье и частично укрыться косой. Из тумана показался угор. Как в кино, мимо проехал мотоциклист.

Лодки обсохли за 15 минут. Чтобы карбас не упал, поставили подпорки. Надо убрать фальшкиль. Или походить ещё? Интересно всё же. Как он будет лавироваться? Напряжение от захода спадает. Завели якоря в сторону моря.

Разожгли костёр. Сейчас полводы. Значит, мы всплывём часов через шесть. Кто-то пошёл гулять, кто-то искать нам жильё в Койде на следующие дни.

Назначил сбор в 20.00. Будем встречать прилив и заходить в реку. Время от времени мимо проезжают рыбаки на мотоциклах. Каждый обязательно говорит, что надо завести якорь в сторону моря и что штормовое предупреждение на трое суток. Некоторые даже не сходят с мотоцикла. Кричат на ходу и едут дальше. Лёг спать в «Вашке». Блаженство.

20.00. Приливу уже два часа. Все практики вернулись к своим судам. Вода возвращается и начинает бить суда в борт.

20.30. Развернулись носом в море. Подтягиваемся на якорях. Сделали ошибку: нужно было постоять на якоре полчаса. Вода бы накрыла, и мы бы спокойно зашли в реку. Вместо этого мы пошли сразу. Лодки подхватило приливное течение и попутный ветер. Воды в реке было ещё мало. Нас вытаскивало на мелкие банки. Приходилось прыгать в воду и снова разворачивать нос против волны. Мало, кто не намок.

Мы с Максом искупались. Не успели запрыгнуть: я — в «Морошку», он — в карбас. Лодки несколько раз сталкивались друг с другом. Тяжело руководить двумя судами. Сорвал голос, раздавая бесполезные в этом бардаке команды. Когда Макс был в воде и его начало придавливать карбасом к берегу, Дима зычно крикнул: «Человек за бортом!» Игорь на руле крыл «Морошку» за то, что она уткнулась носом в мель и перегородила дорогу карбасу, чуть не сломали вёсла левого борта и рёбра Лёни. Артём в коротких яхтенных сапогах прыгнул в воду по грудь. Не знаю, удалось ли Паше снять эту кадриль, с которой мы ворвались в реку и в село Койда и встали к берегу на наше прошлогоднее место.

22.00. Пришли к знакомому, покрытому няшей берегу. Перевозим вещи в Дом приезжего. Пьём водку из горла, на большие радости сил не осталось.

Переход составил около 90 километров.

8–10 июля, стоянка в Койде

Выход в море невозможен. Пережидаем сильный северный ветер.

Традиция гостеприимства на Поморском Севере передаётся из поколения в поколение. В ней нет ничего нарочитого и напоказ. Нас, пришельцев со стороны моря, поселили в Доме приезжего колхоза «Освобождение». Приносили рыбу и водку, топили для нас баню. Главным событием трёх дней нашего здесь пребывания стали праздники — День рыбака и День села Койда. Мы выступали в клубе с поздравлениями, ели уху из общего котла колхозников и рыбаков. Команда беломорских практиков отдохнула и выспалась.

Я заходил к своим давним знакомым — Елене и Степану Петровичу. Скачивал прогноз погоды, слушал хозяев: «Завтра полнолуние. Полнолуние — это полвод отжилых (отливных) вод. Как отжилые воды пойдут, так обязательно шторманет» — так Степан Петрович объясняет, что по мере увеличения амплитуды приливов в сизигию высока вероятность шторма на море.

«Морошка» и «Вашка» стоят рядом с берегом на якорях, регулярно обсыхают и ложатся бортом в няшу — на слой глинистой грязи, которым густо покрыты берега здешних речек. Койдяне часто приходят к нам, внимательно рассматривают лодки. Всеобщее мнение — карбас наш недостаточно полон в обводах, качёк (валкий), может перевернуться на крутой волне. Я согласен с ними. Наш карбас — не для здешнего моря, это уже понятно и мне. Советуют не ходить в море и подождать, когда волна успокоится. Делают это как-то по- особому аккуратно, не навязывая своё мнение. Это так здесь принято, — человек, который идёт в море, сам должен принимать решения.

Наконец, ветер стих и заходит к востоку. Можно идти в море. От планов зайти на остров Моржовец придётся отказаться, иначе не успеем пройти маршрут.

10 июля

С искренней благодарностью покидаем своё прибежище — Койду.

13.02. С помощью новых друзей и совсем незнакомых людей, пришедших нас провожать, столкнули «Морошку» на глубину. Выходим в залив Койды. Сейчас последний час прилива. Мы идём навстречу течению и волне, оставшейся после шторма. Так было задумано. Приливное течение разгладит волну, а как только мы выйдем в море, прилив сменится отливом и нас понесёт попутным течением в сторону Горла Белого моря к мысу Воронов.

13.59. Идём на буксире. Умеренная волна и ветер навстречу. «Морошка» тащит карбас со скоростью около 8 км в час. Связь между нашими судами, мягко говоря, не очень, поэтому на буксире есть особая вахта — наблюдение за карбасом. Чаще всего её несёт Дима Амелин. Он следит за командами, которые я отдаю: поднимаю левую руку — значит, меняем курс влево. Правую руку — вправо. Поднимаю руку над головой — так держать. Наш маленький караван идёт по прошлогоднему треку — самый верный способ пройти между коргами мелкого залива.

14.15. Отдали буксир «Морошки».

14.27. Поставили паруса.

14.51. Прошли мыс Яроватый.

15.20. Легко обогнали «Морошку». Идём под парусами и на вёслах. Истинная скорость вместе с попутным течением составляет 6 узлов. Мчимся. Карбас оказался очень лёгким на ходу под парусами. Подхватывает самые лёгкие порывы ветра и несётся вперёд. «Морошке» сложнее. Она тяжёлая. Перегружена экипажем и аппаратурой.

16.30. Мыс Воронов, Вороновский маяк. Связались по УКВ с портом «Воронов-Лебедь». Ветер стих — идём на вёслах.

Видим другую сторону Горла Белого моря, Терский берег, остров Моржовец и Северный полярный круг. Белухи приветствуют морских практиков!

Идём вдоль Зимнего берега в Горле Белого моря.

17.00. Течение повернуло на встречное. Ищем место, чтобы пристать к берегу, отдохнуть, перекусить.

18.50. Встали на ужин рядом с избой Послонка. Прошли от Койды 25 миль.

Зимний берег Горла — обрывистый, песчаный, с длинными приветливыми пляжами. Высадиться можно почти в любом месте.

Несмотря на суровость здешних мест, этот берег отлично подходит для путешественников нашего формата, катамаранщиков и байдарочников.

Будем отдыхать здесь до часу ночи. Потом течение сменится на попутное. Мы пойдём с ним дальше, на юг.

Рядом с нами пасутся стада северных оленей.

Спал в «Вашке». Не ставил палатку, а просто бросил на дно карбаса пенку, спальник и рухнул в это блаженство между рюкзаков и спасательных жилетов.

11 июля

00.05. Проснулся и увидел, что течение сменилось на попутное. Объявил срочные сборы.

01.00. Прилив. Вместе с попутным течением идём внутрь Белого моря.

Вёсла и парус — отличное сочетание для путешествия по Белому морю на шлюпке. Гребём — греемся, когда устаём, идём под парусами — отдыхаем.

30.05. Усиление восточного ветра с берега. Отдыхаем от вёсел. Идём под парусами со скоростью 6 узлов.

Прошли мыс Оленья голова.

04.45. Ветер кончился. Взяты на буксир «Морошкой». Течение поворачивает на встречное, отливное. Пытаемся пройти ещё немного, чтобы за один переход добраться до устья реки Майда.

05.20. Встали к берегу. Не дотянули до устья Майды пять миль. Против набравшего силу отливного течения нам идти больше часа. Стоим под высоким берегом. Наверху — тёплые озёра. Купались.

12.10. Снова попутное течение — снимаемся. Слабый встречный ветер. Попробуем лавироваться.

12.50. Любимый формат — на вёслах и под парусом одновременно. Идём вдоль берега.

14.14. Лавируемся напротив Майды.

15.42. Устали, пробуем убрать паруса и лечь в дрейф с попутным течением — старинная поморская практика.

16.20. Взяты на буксир «Морошкой». Устали.

18.30. Пришли в деревню Ручьи. Переход составил 15 миль.

Снова, как и в прошлом году, Ручьи радуют своим бодрым, задорным видом. Много отремонтированных домов, детей, магазинов. Жизнь здесь не остановилась, как во многих деревнях Беломорья.

Ужинали, отдыхали на берегу. Некоторые догадливые успели поспать.

12 июля

01.15. Вышли из Ручьёв.

01.35. Поветерь с берега. Поставили паруса.

03.00. Лавировались. Маневрировали при ветре около 7–12 узлов. Без волны. Карбас отлично идёт против ветра, лавировочный угол достаточно небольшой, чтобы легко набрать высоту. Крутились вокруг оторопевшей от наших манёвров «Морошки».

04.40. Пришли к маяку Инцы. Леонид и Паша заняли операторские места на высоком берегу маяка, снимают проход карбаса. Переход составил 15 миль.

05.20. Закончили сниматься на фоне маяка Инцы.

06.10. Спать. Времени суток нет. Всё смешалось. Устали.

Утром перед выходом навестили смотрителей маяка Сергея и Марину Ануфриевых. Сергей — из династии маячников. Его прапрадед строил этот маяк. Маячник — особая профессия: вдали от людей долгой зимой нужно уметь занять себя делом, без этого на Севере не прожить. Наверное, поэтому около дома — самодельный вездеход, загон с дикими гусями-подранками, мотоциклы сыновей, и много ещё чего, одним словом — хозяйство.

Максим Тян сходит с маршрута. Ему нужно возвращаться в Москву. Завтра улетит из Ручьёв. Сегодня ему надо пройти пешком по берегу 30 километров. Хорошей дороги, Максим!

12.10. Попутное течение. Как накануне не строжил я экипажи, ничего не помогло. Вышли на полчаса позже намеченного срока. Впереди — 20 миль до Нижней Золотицы. Во второй половине дня ожидается сильный встречный ветер. Нужно успеть зайти в реку. Попутного течения нам хватит часов на пять. Потом ни мы сами, ни на буксире «Морошки» против течения и сильного ветра идти не сможем.

14.30. «Морошка» задержалась с выходом, связи нет, гадаем, что с ней.

Встали под паруса. Попутный ветер.

Усталость накапливается. Рубит практиков одного за другим.

15.15. «Морошка» с нами.

16.50. Сильное встречное течение. Идём на парусах. Карбас сильно приводит. Чтобы увалить его, пересаживаемся ближе к корме.

17.20. Ветер повернул на встречный, поднимает волну.

18.10. Лавируемся против ветра и течения. «Вашка» с трудом, но двигается вперёд.

19.00. Всё, выдохлись. Подозвали буксир «Морошка».

20.00. Зашли в речку Золотица. Долго искали место стоянки. Вернулись к косе, прикрывающей устье, и встали лагерем на выходе из реки.

Переход составил 20 миль.

Экипажи обоих судов утомлены переходами двух последних суток. Утешает только, что ближайшие 30 часов мы никуда не пойдём. Встречный южный ветер запер нас здесь.

Подставили по бортам «Вашки» «ноги» — стойки. Ждём отлива.

13 июля

День посвящён поиску Интернета и скачиванию свежего прогноза. Ветер на нашей косе из друга, разгоняющего комаров, превратился в недруга, несущего песок и срывающего наши палатки.

Ночью ветер усилился и днём стал уже штормовым. «Вашку» и «Морошку» начало трепать волнами в реке. Выносили якоря и отводили лодки подальше от берега. Подставки-ноги на карбасе окончательно себя дискредитировали. Если забыть про них, выломают верхние набои. Сняли их и перевели в категорию дров. Хорошо, что вовремя.

Нашёл Интернет и скачал прогноз. К рас- стройству моему, прогноз «не бьёт». Не знаю, когда выходить теперь. Спим впрок. Топим самовар, пьём чай и ждём у моря погоды.

14 июля

«Каждый матрос, имеющий возможность поспать, должен отдохнуть. Каждый матрос, имеющий возможность поесть, должен быть сытым», — из Морского устава.

Сутки ждали, когда успокоится южный ветер. Он задул 12 июля, поднял в воздух песок и засыпал им наш лагерь. Сутки не успокаивался. Прогноз, который я скачал, «не бил»: ветер начал стихать позже, чем было обещано. Мы не знали, что делать, потому что уже настроились на переход через Двинскую губу, а ветер всё трепал наши лодочки в устье Золотицы. Наконец, южак стих и неожиданно быстро сменился обещанным восточным ветерком. Срочно собираемся в дорогу.

01.00. Вышли из Золотицы.

01.20. Поставили паруса. Тренировались нести грот без шпринта. Если будет усиление ветра, можно легко уменьшить шпринтовый парус, убрав реёк, который поднимает дальний четвёртый угол. В таком случае получается привычный бермудский треугольник.

Идём вдоль Зимнего берега.

02.30. Сильное попутное течение неподалёку от Вепревского мыса. Южная вчерашняя волна почти стихла. Качаемся на её обломках.

02.50. Скисло под мысом. Встали на вёсла.

03.25. Прошли маяк Вепревский. Сулои крутят воду под килем «Вашки».

05.30. Отдаляемся от подветренного Зимнего берега. Начинаем пересекать Двинскую губу. Ветер усилился до трёх баллов от юго-востока.

Взяли риф на гроте. Идём в галфвинд левого галса. Комфортно держим курс в район Лопшеньги. Я пока не решил, где мы остановимся на Летнем берегу: в Яреньге, Лопшеньге или, может, на острове Жижгине?

07.00. Отдали рифы. Идём под парусами. Прохладно.

10.05. Великолепно идём под парусами. Летим. Беломорские практики залезли в спальники и спят. Время от времени меняем друг друга на руле. До Яреньги осталось 45 миль. Это половина нашего перехода.

14.00. Разбудил колонию спящих практиков. Ветер подстих. Достали вёсла, чтобы согреться. Погребли час, потом выпили водки, закусили и снова легли спать.

Спал в носу карбаса. Звуки ударов волны о клинкерный корпус — особые. Каждый набой отдаёт своим звуком. Удары получаются дробные, горстями звуков.

16.50. Ветер кончился. Мы взяты на бук- сир нашей верной «Морошкой». Что бы мы без неё делали? Гребли бы, наверное. Идём в Ярёнгу. Мучаюсь вопросом, когда же мы прибудем на Соловки? У Артёма билет на 17 июля.

22.00. Решили повернуть в Лопшенгу. Будем чуть ближе к Соловкам. Яреньгу хотелось бы по- видать, но неразумно идти туда на несколько ча- сов. Белморпрактики устали.

15 июля

01.20. Пришли в Лопшеньгу. Спрятались за коргу, прикрывающую село от моря. Разбили лагерь и свалились спать.

Днём встретились с Николаем Михайловичем Майзеровым — местным мастером-лодочником. Посмотрели на его карбаса и мастерскую. Есть, где работать.

21.34. Вышли из Лопшеньги. Идём вдоль Летнего берега на запад в сторону Соловков.

22.40. Попутный ветерок подхватил лодки. Поставили паруса.

23.22. Маяк.

16 июля

01.00. Половина команды спит. Ветер с берега. Мчимся вдоль Онежского полуострова. С юга надвигаются тучи, и веет холодом. Этот ветерок сейчас безвреден для нас, но скоро наберёт силу и не пустит сегодня на Соловки. Придётся пережидать его в Летнем Наволоке.

01.50. Усиление ветра «до крепкого». Взяли рифы на гроте.

05.20. Пришли в Дураково, точнее, — в Летний Наволок. Очень приятная дачная деревня. Много я слышал об этом местечке, а вижу впервые.

Встали лагерем. Валимся спать без чувств.

Днём приходили местные жители. Рассказывали про житьё-бытьё, одаривали рыбой. 20.00. Вышли из прекрасного Дуракова.

Ветер, который не пускал нас дальше, должен был уже стихнуть.

И точно! Почти сразу поймали попутный ветерок с востока.

20.50. Держим курс на Жижгин. Соловки уже виднеются.

22.50. Согрели самовар. Вышли в Соловецкую салму.

Истопник самовара — новая должность на борту «Вашки».

17 июля

05.20. Сильное встречное течение между Муксалмой и мысом Летний Орлов. Почти стоим на месте. Мимо прошла «Морошка». Борюсь с искушением стать к ней на буксир.

06.00. Прицепились к «Морошке».

08.30. Хороший попутный ветерок с востока. Несёмся под парусами.

12.50. Прибыли в бухту Благополучия, встали к понтону Товарищества Северного Мореходства.

Переход из Лешуконского на Соловки завершён. Всего пройдено 780 км. Большую часть пути карбас шёл на вёслах и под парусами. Буксир «Морошка» использовался около двадцати процентов пути. Мы старательно уклонялись от встречных ветров и штормов. В конце похода один человек попал в больницу с симптомами гипертонии. Трое свалились от сильного переутомления, и пришли в себя через двое суток.

Вместо заключения

Одним из основных вопросов, которые ставили перед собой организаторы проекта, было парусное вооружение карбаса. Современные карбасы давно ходят на моторе или вёслах: у них широкий, скуластый корпус, устойчивый на волне и во время обсыхания на отливе, но с недостаточно большой площадью бокового сечения, что делает его не пригодным для лавировки на ветер. Музейная модель представляет собой парусный вариант карбаса: острая, клиновидная форма корпуса, высокий надставной фальшкиль.

Виктор Петрович изначально сомневался в мореходности такого узкого (прогонистого) корпуса, но вместе мы приняли решение не отступать от формы модели и построить её точную копию.

Также вопросы вызывало парусное вооружение на оригинальной модели. Оно казалось недостаточным. И опять, несмотря на сомнения, мы сохранили и перенесли пропорции парусов от модели на строящееся судно.

В процессе эксплуатации карбаса выяснилось, что большую проблему на неглубоких, обсыхающих стоянках представляет навесной фальшкиль. На малой воде карбас ложится бортом и не может встать со следующим приливом. Это натолкнуло на мысль о том, что наш карбас должен был базироваться у причала или понтона. Таких мест на Белом море немного.

Исследуя клиновидный, развалистый, а значит недостаточно мореходный корпус, мы сделали вывод: наш карбас — это судно класса «река – море». Размер парусов, который показался нам недостаточным вначале, оказался оптимальным. Карбас лёгок на ходу, уверенно лавируется и не лежит на руле.

На Северной Двине существовала, и сейчас существует, самая старая в России лоцманская служба, которой недавно исполнилось 400 лет. Наш карбас можно классифицировать как лоцманский катер. Такое судно базируется у плавучего понтона, то есть не обсыхает, служит для выхода на рейд и доставки на прибывшие суда лоцманов. Также, возможно, наш карбас мог быть разъездным судном для быстрой доставки людей и грузов.

Надеемся, что в будущем традиционные суда Поморья станут востребованы среди путешественников и всех, кому дорог Север и морские традиции России.

Судовой журнал карбаса "Вашка"

июля

 

 

Начинаем плавание нового карбаса вниз по реке. На борту «Вашки» экипаж: Владимир Манилов, Игорь Разуваев, Леонид Гройсман, Артём Москвин, Алексей Лузянин, Александр Мелешко, Даша Морозова и Евгений Шкаруба.

 

 

За два дня нам предстоит пройти вниз по течению Мезени больше ста километров. Осадка нашего карбаса без фальшкиля всего сорок сантиметров, но в обычный год в это время нам пришлось бы везти карбас по дороге. Река Мезень в это время уже сильно мелеет. Мы так и планировали. Но позднее лето на Севере задержало таяние снегов. Мезень сейчас по-весеннему полноводна. Точнее, полноводна она была две недели назад, когда мы начали строить карбас. Листья распускались, вода падала, мы строили карбас и гадали, успеем или нет спуститься по реке?

 

 

11.23. Вышли из Нисогоры.

 

 

Карбас, ужас, как перегружен. Мало того, что у нас очень много вещей, полтора экипажа (Алексей, Александр и Даша пойдут на «Морошке» после Кимжи), так у нас ещё и фальшкиль лежит вдоль всего корпуса. Но в тесноте, да не в обиде, как говорят.

 

 

Грести в команде получается не сразу, но не так это и сложно. Учим под руководством Игоря команды: «Разобрать вёсла!», «Вёсла на воду!», «Табань!», «Навались!», «Суши вёсла!», «Вёсла на борт!»

 

 

11.47. Прошли отметку 145 км. Ходко идём. Вместе с течением наша скорость — около 9 км.

 

 

Мимо проплыла Малая Нисогора. Встречный ветер, солнечно, жарко. Жду, когда начнутся мели, не отхожу от руля, завидую гребцам.

 

 

12.23. Отметка — 140 км. Ни облачка на небе, только ветерок холодит.

 

 

12.30. Река разделяется на рукава и снова соединяется. Больших проблем с выбором правильного рукава у нас пока нет.

 

 

12.43. Зашли в деревню Заручьи.

 

 

14.03. Идём дальше.

 

 

14.45, отметка 135 км. Наблюдаем, как быстро от гребли снашиваются кочета. Кочета — это такие вертикальные бруски, на которые насажены вёсла. Пробуем смазать их подсолнечным маслом, надеваем на кочета пластиковые бутылки, одним словом — фантазируем.

 

 

15.23. Отметка 135 км.

 

 

15.44. Случайно заскочили на отмель.

 

 

15.57. Прошли деревню Юрома.

 

 

16.09. Отметка — 125 км. Отлично гребётся. Вахта гребца час — через час

 

 

17.23. Отметка — 115 км. Деревня Усть-Нерманка.

 

 

17.40. Деревня Кислома. Не думал, что Мезень — настолько плотно заселена. Деревни на берегу идут одна за другой. Не то, что в родной Сибири. Солнце палит нещадно.

 

 

17.55. 110 км.

 

 

18.05. Палуга.

 

 

18.25. Отметка — 105 км.

 

 

Население реки ловит рыбу. Всё время встречаем лодки и рыбаков, забрасывающих плавучие сетки (поплавни) в воду.

 

 

19.05. Отметка — 100 км. Проплыли нашу сегодняшнюю норму — 50 км.

 

 

Пришли в деревню Азаполье и встали на ночёвку чуть ниже по течению.

 

 

июля

 

 

На реке сегодня попутный ветерок.

 

 

09.29. Поставили паруса и поехали. Карбас оказался легчайшим на ходу под парусом. Скорость — 12 км.

 

 

10.07. Деревня Мелогора. Жители машут нам вслед руками.

 

 

10.43. Деревня Чирсова.

 

 

10.54. 90 километров. Читаем замечательную книжку «Приключение четырёх русских матросов, к острову Шпицберген унесённых».

 

 

11.28. Отметка 80 км. Дует способный ветер.

 

 

11.40. Прошли мимо Погорельца. Изначально собирались туда зайти. В Погорельце живёт сестра Виктора Петровича, но мы выбрали неверный рукав Мезени и прошли мимо.

 

 

12.40. Отметка — 75 км. Время от времени ветер скисает, и мы берём в руки вёсла.

 

 

13.13. Козьмогородское. Причалили к высокому угору. Гуляли по деревне. Обедали.

 

 

16.00. Вышли из Козьмогородского. По заявкам гребцов Даша продолжает читать книжку вслух.

 

 

16.29. Отметка — 60 км. 17.13. Деревня Жердь.

 

 

17.35. Прошли Мезенскую переправу. С берега Дима Амелин и Паша Вабищевич снимают кино. Не стали причаливать к ним, понадеялись на телефон, но просчитались. Связи нет. Надеюсь, Дима понял, что мы идём в Кимжу, где стоит на берегу «Морошка».

 

 

18.00. Ищем протоку для входа в реку Кимжа. Это оказалась сложным занятием. Большой остров Голова на пути. Пробовал пройти вдоль него пешком. Видели следы небольшого медведя на песке.

 

 

21.30. Пришли в Кимжу. Последние пять километров гребли вверх против течения.

 

 

Нашли Диму и Пашу рядом с «Морошкой». Вся команда уже в сборе, это хорошо.

 

 

июля

 

 

Утро ушло на поиск машины с подходящим шаровидным фаркопом. Выручили местные жители — Иван Евгеньевич Мишуков, Евдокия Гавриловна Репицкая, Павел Гаврилович Крупцов.

 

 

Прицеп для проекта «Поморский карбас» изготовили наши друзья из компании «Курганские прицепы». Помню, как два года назад в Турции Александр Тупицын рассказывал о том, как они разрабатывали первую раму для своих прицепов. Теперь компания делает самые прочные в России прицепы. Наш, гружёный «Морошкой», пережил переворот и практически не пострадал.

 

 

Когда мы советовались с главным конструктором предприятия, я назвал ему вес «Морошки» — 1500 кг. Потом выяснилось, что «Морошка» пустая, без мотора и балласта, весит 2000 кг. Значит, во время движения и в момент переворота на прицепе было около 2500 кг. Много. Буханка сложилась всмятку, а прицеп подняли, и он поехал дальше.

 

 

11.10. Скинули «Морошку» в Кимжу.

 

 

15.40. Вышли на двух судах.

 

 

16.40. Виктор Петрович встретил нас в устье Кимжи на «казанке» и проводил в село Дорогорское к старому деревянному дому своего отца на берегу реки. Сейчас здесь живёт его сестра Евдокия Петровна. Ночуем сегодня у них.

 

 

Но сначала навешиваем на карбас фальшкиль. Дальше пойдёт глубокая река. Будем испытывать карбас с добавленным фальшкилем. Ни я, ни Виктор Петрович таких карбасов не встречали. Только модель карбаса из Архангельского краеведческого музея.

 

 

Вытащили вещи из «Вашки» и легко втроём положили карбас на борт. Установили фальшкиль. Осадка карбаса увеличилась на 20 см.

 

 

Теперь уха и застолье в доме мастера.

 

 

июлявыход в море

 

 

Ночевали в отцовском доме Виктора Петровича. Практики разбрелись на ночлег по бесчисленным комнатам, рабочим помещениям, на чердаке и в бане — потом сложно было собрать всех вместе. Провёл инструктаж о том, как будем идти в море на двух судах, о том, что значит для безопасности порядок на лодке. Только сейчас до меня доходит, как сложно будет командовать двумя судами сразу.

 

 

Ждём Максима Тяна. Он приедет в обед. До этого времени нужно успеть разобрать и уложить вещи в лодках. Багажа у нас очень много. Решили распределить свинцовый балласт с «Морошки» на оба судна.

 

 

14.00. Приехал Максим.

 

 

Экипаж карбаса «Вашка»: Артём Москвин, Максим Тян, Игорь Разуваев, Леонид Гройсман, Владимир Манилов, Евгений Шкаруба.

 

 

Экипаж судна сопровождения «Морошка»: Александр Мелешко, Дмитрий Амелин, Павел Вабищевич, Даша Морозова, Алексей Лузянин.

 

 

15.30. Вышли из Дорогорского. Виктор Петрович помахал нам на прощание рукой со своего берега.

 

 

Короткие дожди. Тепло. Идём вниз по течению. Долго открывали паруса. Плохо работает связь между судами.

 

 

16.20. Прошли Заозёрье.
16.30. Взяты на буксир «Морошкой».
16.54. Отметка — 30 км.
17.42. Отметка — 20 км.
19.00. Перед заходом в Каменку сели на мель.

 

 

Осадка карбаса с навешеным фальшкилем намного увеличилась. Пришлось надевать бродни и лезть в воду.

 

 

19.20. Встали к берегу посёлка Каменка.

 

 

Вода быстро уходит. Чтобы карбас не завалился на борт, подставляем боковые стойки — ноги. Дождит. Готовим ужин. Я пытаюсь хоть немного поспать перед выходом в море. Вода начинает прибывать. Отход назначен на полночь. Примерно, за полтора часа до полной воды.

 

 

Спешим выйти в море, потому что днём начнётся северный ветер и здесь, у наветренного Абрамовского берега, будет очень непросто найти укрытие. Укрыться можно только у подветренного берега острова Моржовец, но успеем ли мы до него дойти? С другой стороны, отсиживаться нам некогда — надо делать маршрут. Подходят практики и говорят, что Интернет обещал три дня жары и южного ветра. Где они это нашли? Понятно, что ребятам хочется отдохнуть.

 

 

7 июля

 

 

00.12. Вышли из Каменки. Штиль, скоро начнётся отлив.

 

 

02.00. Сильное отливное течение добавляет нам скорости. Дует встречный ветер, «Морошка» буксирует карбас.

 

 

02.28. Красный буй по правому борту. Интересно, у меня на карте его нет. Я бы пошёл вдоль левого берега залива, а Алексей на «Морошке», выходит, выбрал правильный правый берег. Отлично.

 

 

02.45. Прошли мыс Толстик. Выходим в Мезенскую губу.

 

 

03.00. Отдали буксир. Сели на вёсла, чтобы размяться и согреться.

 

 

04.20. Закончили грести. С севера надвигается туман. Южного ветра так и не было. А как обещали его доверчивым морякам! Сегодня с трёх дня начнётся северный ветер, и притом сильный. Мы спешим. Нам надо использовать сегодня погодное окно с переменным ветром, чтобы пройти хоть часть маршрута. Рискуем, потому что от севера укрыться можно только в Койде или под Моржовцом. В Койду можно зайти в полную воду. Мели от устья реки распространяются в море на десять и больше километров, потому что мощные течения постоянно двигают эти банки и кошки. Значит, без гарантии обсохнуть на начинающейся волне нам в Койду не зайти. Полная вода в Койде будет в

 

 

12.30. Если подует обещанный умеренный северо-восток, мы поставим паруса и успеем дойти. Если нет, то нужно или идти на моторе, или… На вёслах нам не успеть. Можно укрыться в Долгощелье, но туда такой долгий заход! Не по- падая в Койду, мы можем спрятаться под ветром у Моржовца. Если дойдём туда.

 

 

Оставляю решение о том, куда идти, на момент прохода траверза Абрамовского маяка.

 

 

08.53. Прошли Нерпичье. Начался прилив. Думаем, куда нам идти. До этого мы бодро шли с отливным течением из Мезенской губы. Теперь течение сменилось на встречное — приливное.

 

 

10.05. Пробовали ставить парус. Ветер немного зашёл к северо-востоку, но недостаточно, чтобы тянуть нас вперёд. Солнечно. Полосы густого тумана. Мне становится всё неуютнее, глядя на этот надвигающийся туман с севера. С парусами сложно работать. Шпринтовое вооружение. Пока его поставишь, пока спустишь. Хотя судить рано. Мы ещё не приработались.

 

 

11.30. «Морошка» ведёт нас на буксире. Напротив Абрамовского маяка поставили паруса. Пытаемся парусами помогать «Морошке».

 

 

12.30. Время полной воды в Койде. Нам туда идти ещё 15 миль. Движемся медленно. Течение сменилось на попутное. Северный ветер задирает волну и тормозит нас. Паруса работают, курс — полный бейдевинд. «Морошка» не успевает быть у нас всегда впереди. Мы разгоняемся, обгоняем её, дёргаем и разворачиваем с курса.

 

 

13.30. Перешёл на «Морошку». На карбасе убрали паруса. Поднимается волна. До входа — ещё 10 миль. Ругаю себя за то, что пытались грести, идти под парусами, снимать кино и потеряли драгоценное время, вместо того, чтобы идти на моторе изо всех сил. Не важно, что неспортивно, только сейчас понимаю слова, которые нам говорили: «Без мотора пойдёте? Хм… Моторчик небольшой вам не помешал бы».

 

 

14.10. Ветер. Начинаем заходить в залив Койды. Я почти уверен, что нам не хватит высокой воды, чтобы зайти в реку. У меня есть старые треки в планшете, которые я записал в прошлом году, но шансов, что речка не поменяла фарватер, нет. Думаю, мы пройдём две трети глубины залива и встанем. Уткнёмся в песчаную банку. Нас начнёт захлёстывать волна, но недолго, вода быстро уйдёт. Нужно будет выпрыгнуть в воду тем, у кого есть бродни, и удержать лодку от того, чтобы нас развернуло лагом к волне. Проблема ещё в том, что течение и ветер сейчас друг против друга. Нужно продержаться с полчаса, пока мы не обсохнем. Потом переведём дух, вода уйдёт из устья, и мы увидим фарватер. Надо будет повернуть лодки носом на ветер и готовиться к приливу. Поворачиваю голову и вижу карбас на буксире.

 

 

Только теперь понимаю глупость присутствия на нём высокого фальшкиля. При осушке карбас ляжет на борт и он начнёт брать воду. Если его подпереть стойками, то они на волне выломают верхние набои. В таком случае нам его не спасти.

 

 

Две лодки — это проблема теперь. Одиннадцать человек и очень много вещей посреди холодного залива. Дурно становится от мысли, что решение заходить сейчас сюда в отлив и начинающийся шторм с севера — ошибка. Может, надо поворачивать в море нос, навстречу волне и понемногу пытаться идти к Моржовцу? До него миль 30. Две лодки и один мотор. Если он откажет, паруса нам вряд ли помогут, нас выбросит на кошки Абрамовского берега. Или возвращаться в залив Кулой?

 

 

Пытаюсь рассказать жителям «Морошки» о проблемах мелкого берега и надвигающего шторма. Даю инструкции, как себя вести. Хотя понимаю, что это бессмысленно. Только напряжёт их сейчас, и почти не поможет уже через 10 минут, когда волна на отмели встанет на дыбы, и мы коснёмся корпусом песка.

 

 

Глубина под килем начала быстро убывать. Идём по прошлогоднему треку. Волна невысокая, меньше метра, короткая. Напоминаю себе кролика, который идёт в пасть к удаву.

 

 

15.20. Почти зашли в Койду. Уровня воды хватило ровно настолько, чтобы подойти к само- му входу в устье и частично укрыться косой. Из тумана показался угор. Как в кино, мимо проехал мотоциклист.

 

 

Лодки обсохли за 15 минут. Чтобы карбас не упал, поставили подпорки. Надо убрать фальшкиль. Или походить ещё? Интересно всё же. Как он будет лавироваться? Напряжение от захода спадает. Завели якоря в сторону моря.

 

 

Разожгли костёр. Сейчас полводы. Значит, мы всплывём часов через шесть. Кто-то пошёл гулять, кто-то искать нам жильё в Койде на следующие дни.

 

 

Назначил сбор в 20.00. Будем встречать прилив и заходить в реку. Время от времени мимо проезжают рыбаки на мотоциклах. Каждый обязательно говорит, что надо завести якорь в сторону моря и что штормовое предупреждение на трое суток. Некоторые даже не сходят с мотоцикла. Кричат на ходу и едут дальше. Лёг спать в «Вашке». Блаженство.

 

 

20.00. Приливу уже два часа. Все практики вернулись к своим судам. Вода возвращается и начинает бить суда в борт.

 

 

20.30. Развернулись носом в море. Подтягиваемся на якорях. Сделали ошибку: нужно было постоять на якоре полчаса. Вода бы накрыла, и мы бы спокойно зашли в реку. Вместо этого мы пошли сразу. Лодки подхватило приливное течение и попутный ветер. Воды в реке было ещё мало. Нас вытаскивало на мелкие банки. Приходилось прыгать в воду и снова разворачивать нос против волны. Мало, кто не намок.

 

 

Мы с Максом искупались. Не успели запрыгнуть: я — в «Морошку», он — в карбас. Лодки несколько раз сталкивались друг с другом. Тяжело руководить двумя судами. Сорвал голос, раздавая бесполезные в этом бардаке команды. Когда Макс был в воде и его начало придавливать карбасом к берегу, Дима зычно крикнул: «Человек за бортом!» Игорь на руле крыл «Морошку» за то, что она уткнулась носом в мель и перегородила дорогу карбасу, чуть не сломали вёсла левого борта и рёбра Лёни. Артём в коротких яхтенных сапогах прыгнул в воду по грудь. Не знаю, удалось ли Паше снять эту кадриль, с которой мы ворвались в реку и в село Койда и встали к берегу на наше прошлогоднее место.

 

 

22.00. Пришли к знакомому, покрытому няшей берегу. Перевозим вещи в Дом приезжего. Пьём водку из горла, на большие радости сил не осталось.

 

 

Переход составил около 90 километров.

 

 

8–10 июля, стоянка в Койде

 

 

Выход в море невозможен. Пережидаем сильный северный ветер.

 

 

Традиция гостеприимства на Поморском Севере передаётся из поколения в поколение. В ней нет ничего нарочитого и напоказ. Нас, пришельцев со стороны моря, поселили в Доме приезжего колхоза «Освобождение». Приносили рыбу и водку, топили для нас баню. Главным событием трёх дней нашего здесь пребывания стали праздники — День рыбака и День села Койда. Мы выступали в клубе с поздравлениями, ели уху из общего котла колхозников и рыбаков. Команда беломорских практиков отдохнула и выспалась.

 

 

Я заходил к своим давним знакомым — Елене и Степану Петровичу. Скачивал прогноз погоды, слушал хозяев: «Завтра полнолуние. Полнолуние — это полвод отжилых (отливных) вод. Как отжилые воды пойдут, так обязательно шторманет» — так Степан Петрович объясняет, что по мере увеличения амплитуды приливов в сизигию высока вероятность шторма на море.

 

 

«Морошка» и «Вашка» стоят рядом с берегом на якорях, регулярно обсыхают и ложатся бортом в няшу — на слой глинистой грязи, которым густо покрыты берега здешних речек. Койдяне часто приходят к нам, внимательно рассматривают лодки. Всеобщее мнение — карбас наш недостаточно полон в обводах, качёк (валкий), может перевернуться на крутой волне. Я согласен с ними. Наш карбас — не для здешнего моря, это уже понятно и мне. Советуют не ходить в море и подождать, когда волна успокоится. Делают это как-то по- особому аккуратно, не навязывая своё мнение. Это так здесь принято, — человек, который идёт в море, сам должен принимать решения.

 

 

Наконец, ветер стих и заходит к востоку. Можно идти в море. От планов зайти на остров Моржовец придётся отказаться, иначе не успеем пройти маршрут.

 

 

10 июля

 

 

С искренней благодарностью покидаем своё прибежище — Койду.

 

 

13.02. С помощью новых друзей и совсем незнакомых людей, пришедших нас провожать, столкнули «Морошку» на глубину. Выходим в залив Койды. Сейчас последний час прилива. Мы идём навстречу течению и волне, оставшейся после шторма. Так было задумано. Приливное течение разгладит волну, а как только мы выйдем в море, прилив сменится отливом и нас понесёт попутным течением в сторону Горла Белого моря к мысу Воронов.

 

 

13.59. Идём на буксире. Умеренная волна и ветер навстречу. «Морошка» тащит карбас со скоростью около 8 км в час. Связь между нашими судами, мягко говоря, не очень, поэтому на буксире есть особая вахта — наблюдение за карбасом. Чаще всего её несёт Дима Амелин. Он следит за командами, которые я отдаю: поднимаю левую руку — значит, меняем курс влево. Правую руку — вправо. Поднимаю руку над головой — так держать. Наш маленький караван идёт по прошлогоднему треку — самый верный способ пройти между коргами мелкого залива.

 

 

14.15. Отдали буксир «Морошки».

 

 

14.27. Поставили паруса.

 

 

14.51. Прошли мыс Яроватый.

 

 

15.20. Легко обогнали «Морошку». Идём под парусами и на вёслах. Истинная скорость вместе с попутным течением составляет 6 узлов. Мчимся. Карбас оказался очень лёгким на ходу под парусами. Подхватывает самые лёгкие порывы ветра и несётся вперёд. «Морошке» сложнее. Она тяжёлая. Перегружена экипажем и аппаратурой.

 

 

16.30. Мыс Воронов, Вороновский маяк. Связались по УКВ с портом «Воронов-Лебедь». Ветер стих — идём на вёслах.

 

 

Видим другую сторону Горла Белого моря, Терский берег, остров Моржовец и Северный полярный круг. Белухи приветствуют морских практиков!

 

 

Идём вдоль Зимнего берега в Горле Белого моря.

 

 

17.00. Течение повернуло на встречное. Ищем место, чтобы пристать к берегу, отдохнуть, перекусить.

 

 

18.50. Встали на ужин рядом с избой Послонка. Прошли от Койды 25 миль.

 

 

Зимний берег Горла — обрывистый, песчаный, с длинными приветливыми пляжами. Высадиться можно почти в любом месте.

 

 

Несмотря на суровость здешних мест, этот берег отлично подходит для путешественников нашего формата, катамаранщиков и байдарочников.

 

 

Будем отдыхать здесь до часу ночи. Потом течение сменится на попутное. Мы пойдём с ним дальше, на юг.

 

 

Рядом с нами пасутся стада северных оленей.

 

 

Спал в «Вашке». Не ставил палатку, а просто бросил на дно карбаса пенку, спальник и рухнул в это блаженство между рюкзаков и спасательных жилетов.

 

 

11 июля

 

 

00.05. Проснулся и увидел, что течение сменилось на попутное. Объявил срочные сборы.

 

 

01.00. Прилив. Вместе с попутным течением идём внутрь Белого моря.

 

 

Вёсла и парус — отличное сочетание для путешествия по Белому морю на шлюпке. Гребём — греемся, когда устаём, идём под парусами — отдыхаем.

 

 

30.05. Усиление восточного ветра с берега. Отдыхаем от вёсел. Идём под парусами со скоростью 6 узлов.

 

 

Прошли мыс Оленья голова.

 

 

04.45. Ветер кончился. Взяты на буксир «Морошкой». Течение поворачивает на встречное, отливное. Пытаемся пройти ещё немного, чтобы за один переход добраться до устья реки Майда.

 

 

05.20. Встали к берегу. Не дотянули до устья Майды пять миль. Против набравшего силу отливного течения нам идти больше часа. Стоим под высоким берегом. Наверху — тёплые озёра. Купались.

 

 

12.10. Снова попутное течение — снимаемся. Слабый встречный ветер. Попробуем лавироваться.

 

 

12.50. Любимый формат — на вёслах и под парусом одновременно. Идём вдоль берега.

 

 

14.14. Лавируемся напротив Майды.

 

 

15.42. Устали, пробуем убрать паруса и лечь в дрейф с попутным течением — старинная поморская практика.

 

 

16.20. Взяты на буксир «Морошкой». Устали.

 

 

18.30. Пришли в деревню Ручьи. Переход составил 15 миль.

 

 

Снова, как и в прошлом году, Ручьи радуют своим бодрым, задорным видом. Много отремонтированных домов, детей, магазинов. Жизнь здесь не остановилась, как во многих деревнях Беломорья.

 

 

Ужинали, отдыхали на берегу. Некоторые догадливые успели поспать.

 

 

12 июля

 

 

01.15. Вышли из Ручьёв.

 

 

01.35. Поветерь с берега. Поставили паруса.

 

 

03.00. Лавировались. Маневрировали при ветре около 7–12 узлов. Без волны. Карбас отлично идёт против ветра, лавировочный угол достаточно небольшой, чтобы легко набрать высоту. Крутились вокруг оторопевшей от наших манёвров «Морошки».

 

 

04.40. Пришли к маяку Инцы. Леонид и Паша заняли операторские места на высоком берегу маяка, снимают проход карбаса. Переход составил 15 миль.

 

 

05.20. Закончили сниматься на фоне маяка Инцы.

 

 

06.10. Спать. Времени суток нет. Всё смешалось. Устали.

 

 

Утром перед выходом навестили смотрителей маяка Сергея и Марину Ануфриевых. Сергей — из династии маячников. Его прапрадед строил этот маяк. Маячник — особая профессия: вдали от людей долгой зимой нужно уметь занять себя делом, без этого на Севере не прожить. Наверное, поэтому около дома — самодельный вездеход, загон с дикими гусями-подранками, мотоциклы сыновей, и много ещё чего, одним словом — хозяйство.

 

 

Максим Тян сходит с маршрута. Ему нужно возвращаться в Москву. Завтра улетит из Ручьёв. Сегодня ему надо пройти пешком по берегу 30 километров. Хорошей дороги, Максим!

 

 

12.10. Попутное течение. Как накануне не строжил я экипажи, ничего не помогло. Вышли на полчаса позже намеченного срока. Впереди — 20 миль до Нижней Золотицы. Во второй половине дня ожидается сильный встречный ветер. Нужно успеть зайти в реку. Попутного течения нам хватит часов на пять. Потом ни мы сами, ни на буксире «Морошки» против течения и сильного ветра идти не сможем.

 

 

14.30. «Морошка» задержалась с выходом, связи нет, гадаем, что с ней.

 

 

Встали под паруса. Попутный ветер.

 

 

Усталость накапливается. Рубит практиков одного за другим.

 

 

15.15. «Морошка» с нами.

 

 

16.50. Сильное встречное течение. Идём на парусах. Карбас сильно приводит. Чтобы увалить его, пересаживаемся ближе к корме.

 

 

17.20. Ветер повернул на встречный, поднимает волну.

 

 

18.10. Лавируемся против ветра и течения. «Вашка» с трудом, но двигается вперёд.

 

 

19.00. Всё, выдохлись. Подозвали буксир «Морошка».

 

 

20.00. Зашли в речку Золотица. Долго искали место стоянки. Вернулись к косе, прикрывающей устье, и встали лагерем на выходе из реки.

 

 

Переход составил 20 миль.

 

 

Экипажи обоих судов утомлены переходами двух последних суток. Утешает только, что ближайшие 30 часов мы никуда не пойдём. Встречный южный ветер запер нас здесь.

 

 

Подставили по бортам «Вашки» «ноги» — стойки. Ждём отлива.

 

 

13 июля

 

 

День посвящён поиску Интернета и скачиванию свежего прогноза. Ветер на нашей косе из друга, разгоняющего комаров, превратился в недруга, несущего песок и срывающего наши палатки.

 

 

Ночью ветер усилился и днём стал уже штормовым. «Вашку» и «Морошку» начало трепать волнами в реке. Выносили якоря и отводили лодки подальше от берега. Подставки-ноги на карбасе окончательно себя дискредитировали. Если забыть про них, выломают верхние набои. Сняли их и перевели в категорию дров. Хорошо, что вовремя.

 

 

Нашёл Интернет и скачал прогноз. К рас- стройству моему, прогноз «не бьёт». Не знаю, когда выходить теперь. Спим впрок. Топим самовар, пьём чай и ждём у моря погоды.

 

 

14 июля

 

 

«Каждый матрос, имеющий возможность поспать, должен отдохнуть. Каждый матрос, имеющий возможность поесть, должен быть сытым», — из Морского устава.

 

 

Сутки ждали, когда успокоится южный ветер. Он задул 12 июля, поднял в воздух песок и засыпал им наш лагерь. Сутки не успокаивался. Прогноз, который я скачал, «не бил»: ветер начал стихать позже, чем было обещано. Мы не знали, что делать, потому что уже настроились на переход через Двинскую губу, а ветер всё трепал наши лодочки в устье Золотицы. Наконец, южак стих и неожиданно быстро сменился обещанным восточным ветерком. Срочно собираемся в дорогу.

 

 

01.00. Вышли из Золотицы.

 

 

01.20. Поставили паруса. Тренировались нести грот без шпринта. Если будет усиление ветра, можно легко уменьшить шпринтовый парус, убрав реёк, который поднимает дальний четвёртый угол. В таком случае получается привычный бермудский треугольник.

 

 

Идём вдоль Зимнего берега.

 

 

02.30. Сильное попутное течение неподалёку от Вепревского мыса. Южная вчерашняя волна почти стихла. Качаемся на её обломках.

 

 

02.50. Скисло под мысом. Встали на вёсла.

 

 

03.25. Прошли маяк Вепревский. Сулои крутят воду под килем «Вашки».

 

 

05.30. Отдаляемся от подветренного Зимнего берега. Начинаем пересекать Двинскую губу. Ветер усилился до трёх баллов от юго-востока.

 

 

Взяли риф на гроте. Идём в галфвинд левого галса. Комфортно держим курс в район Лопшеньги. Я пока не решил, где мы остановимся на Летнем берегу: в Яреньге, Лопшеньге или, может, на острове Жижгине?

 

 

07.00. Отдали рифы. Идём под парусами. Прохладно.

 

 

10.05. Великолепно идём под парусами. Летим. Беломорские практики залезли в спальники и спят. Время от времени меняем друг друга на руле. До Яреньги осталось 45 миль. Это половина нашего перехода.

 

 

14.00. Разбудил колонию спящих практиков. Ветер подстих. Достали вёсла, чтобы согреться. Погребли час, потом выпили водки, закусили и снова легли спать.

 

 

Спал в носу карбаса. Звуки ударов волны о клинкерный корпус — особые. Каждый набой отдаёт своим звуком. Удары получаются дробные, горстями звуков.

 

 

16.50. Ветер кончился. Мы взяты на бук- сир нашей верной «Морошкой». Что бы мы без неё делали? Гребли бы, наверное. Идём в Ярёнгу. Мучаюсь вопросом, когда же мы прибудем на Соловки? У Артёма билет на 17 июля.

 

 

22.00. Решили повернуть в Лопшенгу. Будем чуть ближе к Соловкам. Яреньгу хотелось бы по- видать, но неразумно идти туда на несколько ча- сов. Белморпрактики устали.

 

 

15 июля

 

 

01.20. Пришли в Лопшеньгу. Спрятались за коргу, прикрывающую село от моря. Разбили лагерь и свалились спать.

 

 

Днём встретились с Николаем Михайловичем Майзеровым — местным мастером-лодочником. Посмотрели на его карбаса и мастерскую. Есть, где работать.

 

 

21.34. Вышли из Лопшеньги. Идём вдоль Летнего берега на запад в сторону Соловков.

 

 

22.40. Попутный ветерок подхватил лодки. Поставили паруса.

 

 

23.22. Маяк.

 

 

16 июля

 

 

01.00. Половина команды спит. Ветер с берега. Мчимся вдоль Онежского полуострова. С юга надвигаются тучи, и веет холодом. Этот ветерок сейчас безвреден для нас, но скоро наберёт силу и не пустит сегодня на Соловки. Придётся пережидать его в Летнем Наволоке.

 

 

01.50. Усиление ветра «до крепкого». Взяли рифы на гроте.

 

 

05.20. Пришли в Дураково, точнее, — в Летний Наволок. Очень приятная дачная деревня. Много я слышал об этом местечке, а вижу впервые.

 

 

Встали лагерем. Валимся спать без чувств.

 

 

Днём приходили местные жители. Рассказывали про житьё-бытьё, одаривали рыбой. 20.00. Вышли из прекрасного Дуракова.

 

 

Ветер, который не пускал нас дальше, должен был уже стихнуть.

 

 

И точно! Почти сразу поймали попутный ветерок с востока.

 

 

20.50. Держим курс на Жижгин. Соловки уже виднеются.

 

 

22.50. Согрели самовар. Вышли в Соловецкую салму.

 

 

Истопник самовара — новая должность на борту «Вашки».

 

 

17 июля

 

 

05.20. Сильное встречное течение между Муксалмой и мысом Летний Орлов. Почти стоим на месте. Мимо прошла «Морошка». Борюсь с искушением стать к ней на буксир.

 

 

06.00. Прицепились к «Морошке».

 

 

08.30. Хороший попутный ветерок с востока. Несёмся под парусами.

 

 

12.50. Прибыли в бухту Благополучия, встали к понтону Товарищества Северного Мореходства.

 

 

Переход из Лешуконского на Соловки завершён. Всего пройдено 780 км. Большую часть пути карбас шёл на вёслах и под парусами. Буксир «Морошка» использовался около двадцати процентов пути. Мы старательно уклонялись от встречных ветров и штормов. В конце похода один человек попал в больницу с симптомами гипертонии. Трое свалились от сильного переутомления, и пришли в себя через двое суток.

 

 

Вместо заключения

 

 

Одним из основных вопросов, которые ставили перед собой организаторы проекта, было парусное вооружение карбаса. Современные карбасы давно ходят на моторе или вёслах: у них широкий, скуластый корпус, устойчивый на волне и во время обсыхания на отливе, но с недостаточно большой площадью бокового сечения, что делает его не пригодным для лавировки на ветер. Музейная модель представляет собой парусный вариант карбаса: острая, клиновидная форма корпуса, высокий надставной фальшкиль.

 

 

Виктор Петрович изначально сомневался в мореходности такого узкого (прогонистого) корпуса, но вместе мы приняли решение не отступать от формы модели и построить её точную копию.

 

 

Также вопросы вызывало парусное вооружение на оригинальной модели. Оно казалось недостаточным. И опять, несмотря на сомнения, мы сохранили и перенесли пропорции парусов от модели на строящееся судно.

 

 

В процессе эксплуатации карбаса выяснилось, что большую проблему на неглубоких, обсыхающих стоянках представляет навесной фальшкиль. На малой воде карбас ложится бортом и не может встать со следующим приливом. Это натолкнуло на мысль о том, что наш карбас должен был базироваться у причала или понтона. Таких мест на Белом море немного.

 

 

Исследуя клиновидный, развалистый, а значит недостаточно мореходный корпус, мы сделали вывод: наш карбас — это судно класса «река – море». Размер парусов, который показался нам недостаточным вначале, оказался оптимальным. Карбас лёгок на ходу, уверенно лавируется и не лежит на руле.

 

 

На Северной Двине существовала, и сейчас существует, самая старая в России лоцманская служба, которой недавно исполнилось 400 лет. Наш карбас можно классифицировать как лоцманский катер. Такое судно базируется у плавучего понтона, то есть не обсыхает, служит для выхода на рейд и доставки на прибывшие суда лоцманов. Также, возможно, наш карбас мог быть разъездным судном для быстрой доставки людей и грузов.

 

 

Надеемся, что в будущем традиционные суда Поморья станут востребованы среди путешественников и всех, кому дорог Север и морские традиции России.

Прокрутить наверх